Jump to content

Игрушка Часть 4 Конец(Автор Карапуз)


Deniska95
 Share

Recommended Posts

  • Аплоудеры

Алёна порылась в большой коробке и достала оттуда несколько резиновых игрушек для ванны.

 — Смотри, какие у нас есть уточки! — с улыбкой сказала она, кинув игрушки мне в ванночку, — И кораблики.

Я взял в руки самый большой корабль и принялся его рассматривать.

 — Давай выстроим кораблики в ряд, — улыбнулась Алёна, присев у ванны.

Девочка поставила кораблики друг за другом и неожиданно опустила ладонь в воду.

 — Плыли себе кораблики, никому не мешали, — засмеялась она, — И тут на море поднялся шторм. Вот такие высокие волны.

Наташа начала водить в воде ладонью, создавая «волны». Мне почему-то стало очень смешно.

 — Смотри, Наташка, как малышу нравится, — улыбнулась Алёна, — Так весело смеется.

 — Если честно, в первый раз вижу, как Саша смеется, — заметила Наташа, — Обычно у него очень недовольное выражение лица.

 — Все дети любят купаться, — сказала медсестра.

Неожиданно я громко пукнул, пустив большие пузыри.

 — Как не стыдно! — засмеялась Алёна.

 — Что, Саша? — с улыбкой посмотрела на меня Наташа, — Решил поиграть в подводные пузыри?

Все громко засмеялись, вогнав меня в краску.

 — Малыши специально пукают во время купания, — объяснила медсестра, — Чтобы посмотреть, какие получаются пузыри.

Я не удержался и пукнул еще раз.

 — Ну вот, — со смехом сказала Таня, — Что я вам говорила?

Дав мне понежися в теплой воде еще пару минут, медсестра заставила меня встать.

 — Кто из вас хочет мыть малыша? — спросила она девочек.

 — Можно я попробую? — несмело вызвалась Наташа.

 — Бери в руки губку и начинай намыливать ребенка, — сказала медсестра, — Шею, ручки, спинку, животик... В такой последовательности. Сверху вниз.

Наташа быстро намылила голубую губку.

 — Сначала шею, — улыбнулась она, коснувшись моей шеи мягкой губкой, — Вот так, со всех сторон. Теперь плечи.

Заново намылив губку, Наташа принялась тереть ей мои плечи.

 — Дай эту ручку, — попросилла она и начала намыливать мне руку, — Теперь вторую.

Вслед за руками Наташа занялась моей грудью и животом. Я поежился от щекотки, когда губка в ее руке спустилась ниже пупка.

 — Ты решила мыть ребенка только спереди? — шутливо поинтересовалась у Наташи медсестра.

 — Сейчас, сейчас, — улыбнулась Наташа, — Займусь Сашиной спинкой и попой.

Наташа принялась намыливать меня сзади, спускаясь губкой все ниже и ниже. Намылив мне ягодицы, девочка попыталась запихнуть губку между ними.

 — Сжал ягодички и не дает мыть попу, — пожаловалась она медесестре после двух безуспешных попыток.

 — Сейчас я тебя научу, — улыбнулась Таня, — Положи карапузу руку ну плечо и заставь нагнуться. Ага, вот так. Теперь раздвинь ножки пошире. И заставь согнуть в коленках, чтобы малыш немножко присел. Так и держи.

Почувствовав, как губка скольнула мне в попу, я вздрогнул от неприятной щекотки.

 — Так действительно намного удобнее мыть попу, — сказала Наташа.

Собрав все силы, мне удалось сбросить Наташину руку и выпрямиться.

 — Ну что мне с ним делать? — вздохнула Наташа, — Никак не дает себя мыть.

 — Давай я подержу карапуза, — предложила Алёна.

 — Иди помоги сестре, — с улыбкой сказала медсестра.

 — Нагнуть ребенка вперед? — спросила Алёна, нажимая рукой мне на плечо.

 — И заставь слегка присесть, — добавила Таня, — Вот так.

Я почувствовал, как губка снова углубилась мне в попу. Сделав несколько безуспешных попыток вырваться из Алёниных рук, я чуть не заплакал от обиды и беспомощности.

 — Вот так, — сказала Наташа у меня за спиной, продолжая скользить губкой между моих половинок, — Вверх и вниз.

Не удержавшись, я громко пукнул, вызвав всеобщий смех.

 — А теперь займемся Сашиным кругленьким животиком, — объявила Наташа, заново намыливая губку.

Наташа принялась намыливать мне низ живота.

 — Хорошенько помой малышу лобок, — попросила медсестра, — Особенно складочки.

 — А писюнчик? — спросила Наташа, — Просто намылить со всех сторон? Вот так, уголком губки?

Я поежился от неприятной щекотки.

 — Ага, — кивнула Таня, — Сначала просто оботри со всех сторон губкой. А потом кое-что еще нужно будет сделать. Я тебе покажу.

Медсестра зачерпнула из ванночки воду и плеснула ей мне между ног.

 — Сначала надо смыть с писюнчика мыло, — с улыбкой объяснила она Наташе, — А теперь осторожно оттяни кожицу и помой головку.

 — Я и не знала, что таким маленьким там моют, — удивилась Наташа.

 — Конечно моют, — сказала медсестра, — Сейчас я покажу, как это делается.

Почувствовав мучительное прикосновение к самому кончику письки, я попытался помешать медсестре своими руками.

 — Куда полез? — улыбнулась Наташа и насильно завела мне обе руки за спину.

 — Спасибо, — сказала Таня, — Подержи сейчас малыша, чтобы не вырывался. Мальчики так не любят эту процедуру.

Медсестра возобновила неприятные манипуляции с моей писькой.

 — Что, больше не оттягивается? — спросила Наташа, внимательно наблюдавшая за процедурой.

 — Ага, никак, — вздохнула медсестра, — Впрочем, немножко удалось открыть.

 — Так интересно смотреть, как Вы возитесь с Сашиным писюнчиком, — улыбнулась Алёна и подошла поближе.

Неожиданно я почувствовал такое мучительно острое пощипывание на кончике письки, что чуть не подпрыгнул.

 — Стой спокойно! — строго сказала мне Наташа.

Посмотрев вниз, я увидел, что медсестра трет мой оголенный кончик письки намыленным пальцем. От неприятного пощипывания сразу сильно захотелось писать.

 — Самым маленьким обычно просто льют на писюнчик воду, — пояснила Таня, — Но полуторагодовалому можно смело мыть там с мылом.

 — А почему малышам нельзя этого делать? — поинтересовалась Алёна.

 — У мальчиков до года писюнчик очень чувствительный, — объяснила Оля, — Если мыть там с мылом, малыш сразу же начинает писать. Кстати, ваш тоже сейчас может пустить струйку.

 — Только этого нам сейчас не хватало! — улыбнулась Наташа и все дружно засмеялись.

Медсестра открыла кран и набрав полную ладонь воды, плеснула мне на письку, смывая мыло. Я вздохнул с облегчением, когда она вернула мою чувствительную кожицу на место.

 — Непорядок у вашего Саши с писюнчиком, — сказала Таня, — Ну ничего, мы сделаем ему после купания специальную процедуру.

Наташа снова взяла губку.

 — Как следует помой малышу между ножек, — попросила медсестра.

Я вздрогнул, почувствовав, как намыленная губка скользнула мне между ног.

 — Ага, хорошенько потри там карапузу, — кивнула медсестра, — Особенно мошонку.

 — Такое всё маленькое и нежное! — улыбнулась Наташа, щекотно намыливая меня между ног.

Помучив меня так около минуты, Наташа занялась моими ногами.

 — Всё! — наконец улыбнулась она, — Намылили Сашу с головы до ног.

 — Не забудь помыть голову, — напомнила медсестра, — У вас есть детский шампунь?

 — Конечно есть, — сказала Наташа, продемонстрировав Тане большую пластмассовую бутылку, — Закрой глазки, Саша. Сейчас помою тебе голову.

 

Я почувствовал, как Наташа начала намыливать мне голову и закрыл глаза, чтобы в них не попал шампунь. Было слышно, как кто-то включил душ.

 — Бери душ и смывай отовсюду мыло, — сказала медсестра.

Мне на голову полилась горячая вода. Сначала Наташа поливала мою грудь и спину, а потом раздвинула мне ноги и просунула душ между ними, направив его вверх. Тонкие водяные струйки неприятно щекотали мне мошонку.

 — Раздвинь мальчишке ягодички, — попросила Наташа сестру, — Хочу, чтобы между ними попала вода.

Алёна бесцеремонно разжала мне попу своими пальцами и туда тут же потекла вода из душа.

 — Можешь еще пошире? — попросила Наташа, — Ага, вот так.

Я почувствовал, как чья-то ладонь скользнула мне в попу. Чужой палец щекотно прошелся вверх и вниз между моих ягодиц.

 — А как интересно карапузу ноги сполоснуть? — задумалась Наташа, — Он же стоит в мыльной воде.

 — Я могу вынуть малыша из ванночки, — предложила Алёна.

 — Спасибо, — улыбнулась Наташа, — Можешь полминуты подержать Сашу над ванночкой? У тебя хватит сил?

 — Не знаю, — сказала Алёна, — Он такой тяжелый.

Чужие руки взяли меня подмышки и подняли над детской ванночкой. Наташа тут же начала поливать мне ноги из душа.

 — Так смешно барахтается! — улыбнулась она, направив водяные струйки мне между ног.

 — И долго ты собираешься так дразнить мальчишку? — раздраженно спросила Алёна, — Я уже устала его держать.

 — Можешь опускать малыша вниз, — сказала Наташа, — На этот деревянный настил.

 — Быстренько закутай ребенка в полотенце, — попросила медсестра, — Я предлагаю отнести его в комнату и там вытирать. Во-первых, там больше места, а во-вторых, на пеленальном столе намного удобнее возиться с малышом.

Наташа завернула меня в большое мягкое полотенце и, взяв на руки, понесла в комнату. Там она сразу поставила меня на пеленальный стол.

 — Такой забавный карапуз, — улыбнулась Наташа, развернув полотенце.

 — Что ты стоишь и любуешься на голенького малыша? — недовольно спросила медсестра, — Вытирай ребенка. Ему же холодно стоять мокрым.

Наташа принялась меня старательно вытирать. Медсестра стояла рядом и наблюдала, изредка давая девочке указания.

 — Везде вытерла? — с улыбкой спросила через пару минут Таня, — Укладывай ребенка на спинку. Сейчас займемся Сашиным писюнчиком.

Наташа уложила меня на спину и обернулась на медсестру, ожидая дальнейших указаний.

 — Я где-то видела бутылочку с детским маслом, — вспомнила медсестра, оглядываясь по сторонам, — Вот она. А еще нам понадобятся ватные палочки.

Медсестра открыла бутылку с детским маслом и окунула туда ватную палочку.

 — Процедура очень простая, — улыбнулась Таня, приподняв мне письку, — Берем двумя пальцами писюнчик и вытягиваем вверх. Вот так.

Алёна с Наташей подошли поближе и с интересом уставились мне между ног. Лёжа перед всеми голышом, мне хотелось провалиться под землю от смущения.

 — А теперь осторожно всовываем палочку вовнутрь, — пояснила медсестра.

Почувствовав, как посторонний предмет коснулся самого кончика письки, я догадался, что это была пропитанная детским маслом ватная палочка. Испуганный неприятной процедурой, я громко заревел.

 — Ну вот, — улыбнулась медсестра, — Еще ничего не начала делать, а уже ревёт.

Таня снова сильно вытянула вверх мою письку, приготовившись вставить палочку. Я начал ерзать и вырываться, пытаясь помешать медсестре.

 — Надо, чтобы кто-то подержал малыша, — сказала девочкам Таня.

 — Давайте я, — вызвалась Алёна, — Вытянуть карапуза за ручки и ножки?

 — Лучше задери ножки вверх, как для подмывания, — посоветовала медсестра, — Так ты сможешь держать карапуза одной рукой.

 — Одной наверное не удержу, — неуверенно сказала Алёна, задирая мне вверх ноги.

 — Удержишь! — улыбнулась Таня, — Покрепче прижми малышу ножки к животу. Ага, вот так. В этой позе ребенок не может ерзать, потому что у него всего одна точка опоры — спина.

 — А ручки? — спросила Наташа.

 — Ручки у таких маленьких еще слабые, — объяснила медсестра, — Как он ими оттолкнется, если ножки и туловище прижаты к столу? Карапуз сейчас ими только стучать по столу может.

Алёна прижала меня к столу еще сильнее. Осознав свою полную беззащитность, я горько заплакал.

 — Не обращайте внимания, — сказала медсестра девочкам, — Все так ревут, особенно в первый раз.

Я снова почувствовал, как чужие пальцы приподняли мне письку. В следующее мгновение появилось необычное ощущение, похожее на сильный позыв по-маленькому.

 — Медленно вводим палочку вовнутрь, — пояснила медсестра, — Вот так. Пока не упрется. Теперь, чуть-чуть покрутим в разные стороны и можно вынимать. Вынимаем тоже медленно, зажав пальцами хоботок. Чтобы отжать вату и оставить всё масло внутри.

 — Действительно просто, — согласилась Наташа, — Если бы еще мальчишка лежал тихо.

 — И не говори, — вздохнула Алёна, — Орёт, как резаный.

 — Теперь легонько помнем пальцами писюнчик, чтобы масло везде попало, — продолжила медсестра, — И можно оттягивать кожицу. Тоже очень медленно и осторожно.

Не в силах терпеть неприятные манипуляции со своей писькой, я заревел еще громче.

 — В этот раз оттянулась немножко дальше, чем во время купания, — заметила Наташа, — Или мне это только показалось?

 — На пару миллиметров дальше, — подтвердила медсестра, — Видите, как оголился самый кончик головки?

 — У мальчиков всё так хитро устроено, — замеялась Алёна.

 — Чуть-чуть так подержим, — улыбнулась медсестра, — И возвращаем кожицу на место. Вот так, по паре миллиметров, постепенно и откроете. Главное не торопиться.

 — Ему надо делать эту процедуру каждый день? — уточнила Наташа.

 — Каждый день, — подтвердила медсестра, — Лучше всего сразу после купания. Или посадите на десять минут в тазик с теплой водой. Распарить кожу, чтобы стала эластичной.

 — Всё понятно, — сказала Наташа, — Довольно простая процедура. Правда не знаю, как мы без Вас справимся с мальчишкой.

 — Вот сейчас ты мне это и продемонстрируешь, — улыбнулась Таня, — Сделаешь ребенку процедуру в моем присутствии. Хочу посмотреть, как вы с сестрой всё запомнили.

Медсестра уступила Наташе свое место у стола. Увидев, что та взяла из коробки ватную палочку, я снова зашелся в истерике.

 — Так жалко малыша, — виновато улыбнулась Алёна.

Алёна неожиданно обернулась на детский манеж в углу комнаты.

 — Принеси мне вон тот паровозик, — попросила она старшую сестру.

 — Вот этот, красный? — спросила Наташа, сходив к манежу, и вернувшись с яркой игрушкой.

 — Смотри, Саша, какой паровозик, — ласково сказала мне Алёна, взяв у сестры красный паровозик, — Чух-чух-чух, чух-чух-чух...

Удивленный, как быстро девочке удалось переключить моё внимание на игрушку, я на мгновение успокоился, но почувствовав неприятные манипуляции со своей писькой, заревел с новой силой — Никак не успокоить, — вздохнула Алёна, всунув мне в рот соску.

Я выплюнул соску, продолжая плакать. Процедура была не больной, но очень неприятной. Не говоря уже об обиде, что взрослые весь день вытворяют со мной, что хотят.

 — Я знаю, во что с тобой поиграть, — улыбнулась Алёна.

Девочка сложила пальцы в «козу».

 — Идет коза рогатая, идет коза бодатая, — ласково начала она, — Забодаю, забодаю, забодаю...

Дождавшись, когда я перестану плакать, Алёна еле заметно кивнула старшей сестре и я почувствовал, как та возобновила манипуляции с моей писькой, от которых мне сразу же сильно захотелось по-маленькому. Болезненное ощущение было таким острым, что я снова заревел.

 — Знаешь, как лучше всего отвлекать маленького ребенка во время неприятных процедур? — улыбнулась медсестра, — Щекоткой.

 — Сейчас попробую, — оживилась Алёна, — Мы с Наташкой уже все Сашины щекотные места выучили.

Алёна хитро улыбнулась и начала играться пальцами с моими яичками. Нестерпимая щекотка мгновенно заставила меня покрыться гусиной кожей.

 — Ну что, полностью ввела? — спросила медсестра у Наташи, — Покрути палочку в разные стороны.

 — Вот так? — улыбнулась Наташа, принявшись шевелить ватной палочкой у меня в письке.

Полминуты я вынужден был терпеть неприятные манипуляции, от которых резко усилися позыв писать.

 — Зажимаем хоботок и медленно вынимаем, — объявила наконец Наташа.

 — А ты что остановилась? — повернулась медсестра к Алёне, — Продолжай отвлекать карапуза.

Скользнув холодными пальцами мне за мошонку, Алёна возобновила щекотку.

 — Действительно помогает, — улыбнулась она, перебирая пальцами у меня за яичками, — Сразу перестал плакать.

 — Ну что, попробовать оттянуть кожицу? — неуверенно спросила у медсестры Наташа.

Таня молча кивнула и я почувствовал, как Наташа взялась пальцами за мой хоботок.

 — Оттягивай, не бойся, — улыбнулась медсестра, — Чтобы показалась головка.

 — Интересно, она всегда такая красная? — спросила медсестру Наташа.

 — Я тоже заметила, — сказала Алёна, — Особенно самый кончик.

 — Ничего страшного, — сказала медсестра, — Просто лёгкое раздражение от того, что два раза подряд делали процедуру. Помажь там детским маслом.

Наташа взяла бутылочку с детским маслом и осторожно капнула себе на указательный палец прозрачной жидкостью.

 — Кстати, вы заметили, как у малыша напрягся писюнчик? — улыбнулась она, — Наверное не надо было так долго трогать.

 — Не забивай себе голову, — засмеялась медсестра, — Эрекция у маленьких мальчиков означает только одно — что малыш сильно хочет писать.

 — Точно, — со смехом согласилась Алёна, — Нас уже об этом предупреждали.

Неожиданное болезненное прикосновение к самому кончику письки заставило меня вздрогнуть.

 — Помажь там малышу еще, — попросила медсестра, — Ага, вот так, со всех сторон

 — Сейчас снова заревет, — с улыбкой заметила Наташа.

 — Кто-то забыл, что ребенка нужно отвлекать, — напомнила Алёне медсестра.

Алёна начала щекотно трогать мне яички.

 — Такой забавный розовый мешочек, — улыбнулась она, щупаю мою мошонку со всех сторон.

Я не выдержал и начал писать.

 — Ну вот! — засмеялась Наташа, — Дождались!

Наташа нагнулась за стоящим под столом детским горшком и поставила его у меня под попой.

 — Хорошая идея, — сказала Алёна, — А сейчас приподнимем Саше писюнчик и направим струйку в горшок.

Весь красный от смущения, я продолжал вовсю писать. Девочки обуждали с медсестрой мою струйку, пока я не прекратил писать.

 — У малышей эта процедура очень часто заканчивается фонтаном, — улыбнулась медсестра, — А мы вообще сделали ее вашему мальчонке два раза подряд. Неудивительно, что он пописал.

 — Сейчас уберу горшок, — сказала Наташа, стряхнув с моей письки в горшок последние капли..

 — Мальчишка себе ничего не забрызгал? — обеспокоенно спросила Алёна, опуская мои ноги вниз.

 — Вроде обошлось, — улыбнулась Наташа.

 — Не забыли, что надо помазать ребенка между ножек детским кремом? — напомнила медсестра, — Кто из вас сейчас хочет этим заняться?

 — Можно я? — вызвалась Алёна.

 — Возьми вот этот крем, — протянула медсестра девочке лежавший на столе голубой тюбик.

Алёна неуверенно выдавила немного крема на кончики пальцев.

 — Сначала помажь лобок, — попросила медсестра.

Я поежился от прикосновения к лобку чужих пальцев.

 — Такая нежная гладкая кожа, — улыбнулась Алёна, размазывая ладонью детский крем.

 — Хорошенько помажь складочки, — сказала медсестра, — Сначала левую. Ага, вот так. А теперь правую.

 — Подержать малыша? — неожиданно предложила Наташа, — А то он так начал ерзать.

Не дожидаясь ответа сестры, Наташа вытянула меня за руки и ноги.

 — Обведи одним пальцем вокруг писюнчика, — продолжала подсказывать Алёне медсестра, — Сам писюнчик мазать не обязательно.

 — А мошонку? — спросила Алёна.

 — Мошонку удобнее всего мазать, задрав ребенку ножки, — сказала Таня.

Наташа задрала мои ноги вверх.

 — Ага, вот так, — улыбнулась медсестра, — Помажь карапузу со всех сторон его маленький мешочек.

 — Какие у нас кругленькие яички! — захихикала Алёна, нестерпимо щекотно трогая мне мошонку.

 — И за яичками тоже, — подсказала медсестра.

 — Между попой и мошонкой? — улыбнулась Алёна, выдавливая на пальцы новую порцию крема, — Сейчас я там малышу хорошенько помажу.

Чувствуя себя полностью беззащитным перед двенадцатилетней девочкой, которая щекотно трогала меня где хотела, я еле сдерживался, чтобы не зареветь от обиды.

 — Теперь попу! — объявила медсестра, — Сначала дырочку, а потом сверху донизу между ягодичками.

Прикоснувшись пальцем к моей чувствительной дырочке, Алёне нерешительно посмотрела на медсестру.

 — Не бойся, — засмеялась Таня, — Мы же ребенка только что купали. У него там всё чистое.

Не удержавшись, я громко пукнул.

 — Только не хватало, чтобы карапуз сейчас наложил кучу, — со смехом сказала Алёна.

Поигравшись пальцем с моей дырочкой, девочка принялась водить всей ладонью между моих половинок. Мне ничего не оставалось, как терпеть щекотку.

 — Хватит! — улыбнулась медсестра, — Подождите пару минут, чтобы впитался крем и можете одевать. А чтобы не лежал просто так, я сейчас покажу вам детскую гимнастику.

Медсестра начала делать со мной гимнастику.

 — Запомнили все упражнения? — спросила она девочек через несколько минут.

 — А что там запоминать, — усмехнулась Алёна, — Сгибания ручек и ножек, велосипед...

Таня сняла белый халат и положила его к себе в сумку.

 — Можно одевать малыша? — спросила Наташа.

 — Ага, одевайте, — улыбнулась медсестра.

Быстро одев мне ползунки с маечкой, Наташа отнесла меня в манеж. Я как обычно принялся заинтересованно изучать валявшиеся вокруг игрушки, лениво прислушиваясь к разговору медсестры с девочками. Пообсуждав  с ними несколько минут особенности ухода за ребенком, Таня вышла из комнаты.

 

 — Не скучно тебе одному? — неожиданно услышал я совсем рядом Алёнин голос, — Давай играть вместе.

Алёна вынула меня из манежа и усадила на ковер у своих ног. Минут пятнадцать мы занимались строительством из кубиков большого города с дорогами и мостами. Увлеченный игрой, я быстро забыл о своих обидах.

 — А теперь займемся подвижными играми, — неожиданно решила Алёна.

Девочка встала с ковра и потянула меня за руку, чтобы я тоже встал.

 — Лови! — крикнула Алёна, кинув мне большой пляжный мяч.

С первого раза словить мяч у меня не получилось, но постепенно я наловчился и ловить, и кидать его обратно. Даже отбивать, как в волейболе.

 — Смотри, Наташка, как хорошо у Саши получается, — сказала Алёна вошедшей в комнату старшей сестре.

 — Вырастет спортсменом, — засмеялась Наташа и тоже присоединилась к игре.

Мы принялись бегать по комнате, перебрасываясь мячом. Увлекшись, я потерял счет времени.

Вернул меня к реальности раздавшийся на первом этаже звонок в дверь.

 — Это наверное девчонки, — сказала Алёна.

 — Какие девчонки? — удивилась Наташа, — Ты что кого-то к нам пригласила?

 — Они сами напросились, — начала оправдываться Алёна, — Посмотреть карапуза.

 — Ты уже конечно всем успела про Сашу похвастаться? — язвительно спросила Наташа.

 — Я только Ольке рассказала, — виновато призналась Алёна, — Откуда я знала, что она всему классу растрезвонит.

Алёна вприпрыжку выбежала из комнаты. Вернувшись через пару минут, она привела трех девочек своего возраста.

 — Значит вы все в одном классе учитесь? — поинтересовалась Наташа.

 — Ага, — кивнула одна из девочек, — В 7-м «Б».

 — С Олей ты знакома, — сказала сестре Алёна, — А это Света и Вика.

 — Наташа, — представилась Алёнина старшая сестра.

 — А это значит ваш малыш, — улыбнулась Оля, направившись ко мне.

 — Сколько ему? — спросила Света.

 — Полтора, — сообщила Алёна.

 — Такой забавный карапуз! — улыбнулась Вика.

Алёнины подруги подошли поближе и обступили меня со всех сторон. Я не знал, куда деться от смущения.

 — Сашу наверное уже пора кормить, — заметила Наташа, посмотрев на часы.

 — Давай посадим его на стол, — предложила Алёна, — Так будет удобнее.

Алёна отнесла меня на пеленальный стол.

 — И чем вы его сейчас будете кормить? — поинтересовалась Света.

 — Вот этим детским пюре, — ответила Алёна, продемонстрировав подруге маленькую баночку.

 — Ты пока начинай кормить карапуза, — сказала младшей сестре Наташа, — А я схожу вниз подогреть молоко.

Наташа взяла детскую бутылочку и вышла из комнаты. Алёна тем временем начала кормить меня с ложечки фруктовым пюре. Делала она это совсем неумело, так что половина еды так и не попала ко мне в рот — что меня разумеется не очень огорчило.

 — Ну вот, доверила покормить ребенка, — вздохнула Наташа, вернувшись через пару минут в комнату, — Только посмотри на Сашину маечку и штанишки!

 — Так карапуз все время от ложечки уворачивается, — попыталась оправдаться Алёна.

 — Могла по крайней мере одеть ребенку слюнявчик, — сказала Наташа, — А ну-ка посторонись!

Повязав мне светло-желтый слюнявчик, Наташа начала кормить меня детским пюре.

 — Давай, солнышко, — ласково улыбнулась она, — Надо покушать. Смотри, летит самолётик. Летит, летит... Прямо Саше в рот! Ой какое вкусное пюре. Хочешь еще?

Ложку за ложкой Наташа скормила мне две баночки детского питания.

 — А сейчас попьем молочко, — сказала она, сунув мне в рот детскую бутылочку, — Вот так, молодец. Ты, Саша, уже большой. Сам можешь держать бутылочку. Ага, обеими руками.

 — Как он у вас молоко любит, — улыбнулась Света.

Кипяченое молоко было просто отвратительным, но я беспрекословно выпил всю бутылочку, понимая, что Наташа с Алёной все равно заставили бы меня это сделать.

 — Сейчас я переодену малыша, — сказала Алёна, забрав у меня пустую бутылочку.

Алёна поставила меня на ноги и быстро раздела догола.

 — Кто тут стоит голышом? — шутливо спросила Оля, подойдя ко мне вплотную.

 — Ваш карапуз такой смешной, когда голенький, — улыбнулась Света.

Стесняясь хихикающих девочек, я попытался прикрыться между ног.

 — Так мы еще оказывается и стесняемся! — засмеялась Вика.

 — Ага, Саша у нас такой стеснительный! — со смехом подтвердила Алёна, разняв мне руки.

 — Что ты пытался прикрыть? — с улыбкой спросила Оля, — Свою писульку?

Оля бесцеремонно потротгала мне письку, заставив еще больше покраснеть от смущения.

 — Такая смешная маленькая штучка, — улыбнулась Оля, продолжая играться с моей писькой, — А что, у мальчиков писулька всегда заканчивается таким хоботком?

 — Мы как раз этим хоботком недавно занимались, — заметила Алёна.

Алёна начала рассказывать про визит медсестры и недавнюю процедуру.

 — Смотри, — обратилась она к Оле, приподняв мне пальцами письку, — Видишь, кожица почти не оттягивается.

 — А как она должна оттягиваться? — удивленно спросила Вика.

 — Полностью, — ответила Алёна, — Поэтому медсестра назначила Саше специальную процедуру.

 — Очень простая процедура, — присоединилась к разговору Наташа, — Правда Саша так капризничал. Сначала ревел, а потом знаете что устроил?

 — Что? — с улыбкой спросила Света.

 — Пустил струйку! — засмеялась Алёна.

Девочки дружно засмеялись. Стоя перед ними голышом, мне хотелось провалиться под землю от смущения.

 — Ой, а что я вам, девчонки, сейчас покажу! — неожиданно сказала Алёна.

Быстро уложив меня на спину, Алёна до отказа задрала мои ноги вверх.

 — Сейчас Саша вам устроит бесплатную демонстрацию, — улыбнулась она, принявшись щекотать мне яички, — Как он умеет пускать фонтанчик.

 — Помассируй ребенку низ живота, если хочешь заставить его пописать, — подсказала Наташа, — Помнишь, как нас нянечки учили?

 — Точно, сначала надо помассировать животик, — согласилась Алёна.

Опустив мои ноги вниз, Алёна принялась массировать мне низ живота. Не прошло и полминуты, как я почувствовал быстро усиливающийся позыв по маленькому.

 — Попробую нажимать сильнее, — сказала Алёна, продолжая делать мне массаж.

Позыв писать стал таким острым, что я едва мог терпеть.

 — И долго ты собралась делать малышу этот массаж? — поинтересовать Оля.

 — Минуту-две? — спросила Алёна у Наташи, — Вроде так те нянечки сказали.

 — Они сказали наблюдать за писюнчиком, — улыбнулась Наташа, — Если начнет шевелится, значит удалось вызвать у ребенка позыв по-маленькому.

 — Кажется зашевелился, — сказала Света, показав пальцем мне между ног.

 — Я тоже заметила, — улыбнулась Вика.

 — Тогда быстрее задираем карапузу вверх ножки, — сказал Алёна.

Алёна быстрым рывком задрала мои ноги вверх, прижав мне коленки к груди.дать мне Сашин горшок? — попросила она старшую сестру, — Поставлю у попы.

 

 — На! — улыбнулась Наташа, подав Алёне детский горшок.

 — И что теперь? — поинтересовалась Оля, — Ждать, пока начнет писать?

 — Зачем просто ждать, — улыбнулась Алёна, — Сейчас мы Сашу немножечко пощекочем, чтобы ускорить процесс.

Почувствовав чужие пальцы у себя за яичками, я задрожал от мучительно острой щекотки.

 — Пись-пись-пись, — начала ласково приговаривать Алёна, играясь пальцами с моими яичками.

Я изо всех сил напрягся, пытаясь бороться с острым позывом.

 — Как мы боимся щекотки! — засмеялась Алёна, продолжая меня щекотать.

 — Малыш так сильно дрыгает ножками, когда ты трогаешь ему яички, — улыбнулась Оля.

 — А как ерзает и пытается увернуться от твоих пальцев! — с улыбкой сказала Вика.

 — Ну что, Саша? — ласково посмотрела на меня Алёна, — Пустишь сейчас для нас струйку?

Вовсю дрыгая ногами от нестерпимой щекотки, я не выдержал и начал писать.

 — Ничего себе! — засмеялась Оля, — Вот это фонтан!

 — Интересно, что будет, если сейчас мальчишку пощекотать? — хитро улыбнулась Алёна, — Пустит струйку еще выше?

Алёна снова начала щекотать мне яички.

 — Саше надо с этим номером в цирке выступать, — со смехом сказала Оля, — Ладно бы просто пустил струйку. Так он еще при этом дрыгает ножками.

Девочки громко расхохотались. Я ожидал, что Алёна перестанет меня щекотать, но она продолжала это делать даже после того, как я прекратил писать.

 — Перестань мучить мальчишку, — сжалилась надо мной Наташа, — Ты что не видишь, как он дрожит?

 — А я хочу, чтобы он еще пописал! — заявила Алёна.

 — Куда еще! — возмутилась Наташа, — Посмотри, как он себе всё забрызгал! Надо было держать карапузу писюнчик вместо того, чтобы дразнить его щекоткой.

 — Подумаешь, забрызгал себе ножки, — сказала Алёна, — Сейчас я его везде вытру.

Продолжая держать мои ноги задранными вверх, Алёна начала вытирать меня мокрыми салфетками.

 — И попу тоже, — улыбнулась она, запихивая салфетку в мою дырочку.

Я не удержался и громко пукнул, вызвав всеобщий смех.

 — А еще у нас есть между ножек маленький мешочек, — продолжила Алёна, нестерпимо щекотно протирая мне мокрой салфеткой мошонку, — Как мы сразу начали ёрзать и вырываться.

Посвятив еще пару минут моему подмыванию, Алёна взяла в руки знакомую бутылочку с детским маслом.

 — Наверное надо помазать между ножек детским маслицем? — неуверенно спросила она старшую сестру.

 — Медсестра сказала после каждого подмывания мазать, — вспомнила Наташа.

 — А можно я? — вызвалась Света.

 — Хочешь помазать малыша маслицем? — улыбнулась Алёна, протягивая Свете бутылочку с детским маслом, — Сейчас посмотрим, как у тебя это получится.

Взяв у Алёны бутылочку, Света плеснула мне на лобок детским маслом и принялась щекотно размазывать его во все стороны.

 — Какие у нас складочки, — улыбнулась она, — Вот так помажем внутри маслицем. А теперь вокруг писульки.

Судя по тому, как быстро и со знанием дела Света меня мазала, я понял, что занимается она этим не в первый раз.

 — А сейчас раздвинем малышу ножки и помажем мошонку, — сказала Света, — Вот так, со всех сторон.

Рывком задрав мои ноги вверх, Света полила мне маслом между ягодиц.

 — Везде размажем маслице, — с улыбкой сказала она, щекотно скользя ладонью между моих половинок, — По ягодичкам и бедрам.

 — Как ловко ты управляешься с малышом, — заметила Алёна.

 — Каждый день этим занимаюсь, — объяснила Света, — У меня же полгода назад появился племянник.

 — Точно, — сказала Алёна, — Как я о твоём Максимке забыла.

Закончив мазать меня детским маслом, Света опустила мои ноги вниз.

 — Такой хорошенький карапуз! — улыбнулась Вика, — Не могу на него голенького налюбоваться.

Вика протиснулась побиже к столу.

 — Чей это пухленький животик? — шутливо спросила она, легонько пощекотав мне пупок, — Чьи это маленькие ручки? Знаешь, как играть в ладушки? Ладушки-ладушки! Где были — у бабушки. Что ели — кашку, что пили — бражку. Полетели, полетели! На головку Саше сели.

Вспомнив, что я лежу голышом, я густо покраснел.

 — Давай в этот раз оденем колготки, — предложила Наташа, — Ползунки Саше наверное уже надоели.

 — Такие красивые колготки, — улыбнулась Оля, наблюдая, как Наташа натягивает мне на ноги синие колготки.

 — Красивые или нет, — засмеялась Алёна, — Главное, чтобы оставались сухими.

 — И часто он у вас мочит штанишки? — поинтересовалась Света.

 — Сегодня уже один раз успел описаться, — сообщила Наташа, — Ну ничего, мы научим его проситься на горшок.

Одев мне вслед за колготками майку, Наташа как обычно отнесла меня в манеж. Довольный, что меня наконец оставили в покое, я начал строить из кубиков башню, стараясь делать это тихо, чтобы не привлекать к себе внимания. Неожиданно в комнате появилась Анна Сергеевна.

 — Еще не проголодались? — с улыбкой спросила она, — У меня уже почти готов ужин. Пошли вниз. И подружек своих тоже бери, Алёна. Все вместе поужинаем.

 — Я даже не знаю, — начала стеснительно отказываться Оля.

 — Ну хоть чай-то с нами попьёте? — спросила Анна Сергеевна, — Я сегодня купила большой торт. И еще есть коробка с вкусным печеньем.

 — Чай попьём! — радостно согласилась Оля.

 — Олька такая сластёна, — улыбнулась Алёна, — Она этот торт в одиночку слопать может.

Все засмеялись.

 — Сашу тоже брать? — спросила Наташа.

 — Конечно возьми, — сказала Анна Сергеевна, — Посидит со всеми за столом.

Наташа вынула меня из манежа и, взяв на руки, отправилась на первый этаж. Весь ужин я просидел у нее на руках. Мне сильно хотелось шоколадного торта, но опять пришлось есть детское питание и пить из бутылочки с соской кипяченое молоко.

После ужина Наташа вернулась со мной в детскую. Вскоре туда пришли Анна Сергеевна с младшей дочерью.

 — Ну что, проводила гостей? — спросила у Алёны Анна Сергеевна, — Надеюсь, ты им не распространялась, где мы взяли Сашу?

 — Ты что, мама! — обиделась Алёна, — Сказала, что племянник.

 — Молодец, — похвалила дочь Анна Сергеевна, — Но в дальнейшем постарайся не приглашать гостей без моего ведома.

 — Хорошо, мама, — тихо сказала Алёна.

Я прекрасно понимал беспокойство Анны Сергеевны. Желтая пресса точно не упустит такого скандала. Впрочем в случае огласки женщина могла меня просто усыновить.

 — Малыша уже наверное пора укладывать спать, — заметила Наташа.

 — Надо переодеть карапуза в пижаму, — сказала Алёна, — Сейчас я отнесу его на стол.

Алёна отнесла меня на пеленальный стол и быстро раздела. Пару минут я вынужден был стоять голышом, ожидая, пока Наташа принесет пижаму.

 — Нужно посадить на горшок, — неожиданно вспомнила Алёна.

 — Я как раз хотела вам напомнить, — улыбнулась Анна Сергеевна, — Ребенок обязательно должен сходить перед сном на горшок.

 

 — Причем не только по-маленькому, но и по-большому, — добавила Наташа, — Помните, что нам нянечки говорили?

 — Ага, они сказали проследить, чтобы малыш сделал перед сном все свои детские дела, — улыбнулась Алёна, — И маленькие, и большие.

 — Сажайте его на горшок прямо так, голышом, — сказала Анна Сергеевна.

Наташа поставила в центр комнаты детский горшок, на который меня тут же посадили. Пару минут в комнате стояла тишина. Алёна с Наташей стояли рядом и выжидающе на меня смотрели. Я как обычно решил терпеть.

 — Помассируй малышу животик, — подсказала Анна Сергеевна старшей дочери.

Присев рядом со мной на ковер, Наташа начала массировать мне живот. Я не выдержал и громко пукнул.

 — Процесс пошел, — засмеялась Наташа.

 — Давай, Саша, — с ласковой улыбкой обратилась ко мне Алёна, — Будь хорошим мальчиком и покакай в горшочек.

Весь красный от стыда, я смущенно опустил взгляд.

 — Разве Саша не знает, что полагается делать маленьким мальчикам, когда их сажают на горшок? — ласково спросила меня Алёна.

 — Ему больше нравится писать и какать себе в штанишки, — с улыбкой сказала Наташа.

Девочки продолжали уговаривать меня еще несколько минут, но так ничего и не добились.

 — Такой упрямый, — вздохнула Алёна.

 — Чего мы его уговариваем, — раздраженно сказала Наташа, — Раз отказывается какать в горшок, сейчас будет всё делать на столе. Где там наша палочка-выручалочка?

 — Ты имеешь в виду градусник? — засмеялась Алёна, поднимая меня с горшка, — Он в верхнем ящике пеленального стола.

Алёна отнесла меня на пеленальный стол и сразу уложила в знакомую позу — на спину с задранными вверх ногами. Стоящая рядом Наташа достала откуда-то снизу пластмассовый градусник и начала его намыливать.

 — Надо подложить под попу марлечку, — вспомнила Наташа и запихнула под меня большой кусок марли, — А теперь раздвинем ягодички пошире. Вот так.

Чужие пальцы до отказа разжали мои половинки и в следующее мгновение мне в попу быстро скользнул посторонний предмет.

 — Этот градусник так смешно торчит у мальчишки из попы! — улыбнулась Алёна.

Лежа голышом с термометром в попе, я едва сдерживался, чтобы не заплакать от обиды.

 — Почему-то не держится этот градусник у Саши в попе, — заметила Наташа после минутного молчания.

 — Запихни поглубже, — улыбнулась Алёна, — А то действительно потихоньку вылезает наружу.

 — Придется мне его придерживать, — усмехнулась Наташа, сильно пихнув термометр вглубь, — Кстати, нянечка сказала не держать градусник просто так, а двигать взад-вперед и крутить в разные стороны.

Почувствовав, как термометр зашевелился у меня в попе, я чуть не заплакал от вызванного Наташиными манипуляциями болезненного ощущения. Вскоре неприятное жжение сменилось мучительно острым позывом по-большому.

 — Смотри, как мальчишке не нравится, — заметила Алёна, — Такое впечатление, что сейчас заревет.

 — Заревет или нет, — усмехнулась Наташа, — А вот кучу сейчас точно наложит. Как только я вытащу у него из попы градусник.

 — Ты уже собралась вытаскивать? — удивилась Алёна, — Подержи еще.

 — Хорошо, — согласилась Наташа, — Подержу еще минуту.

Термометр снова неприятно зашевелился у меня в попе.

 — Подвигаем взад-вперед, — улыбнулась Наташа, — А теперь немножко покрутим. Что еще та нянечка делала? Нажимала градусником вниз? Вот так?

Позыв по-большому резко усилился, став совсем нестерпимым. Теперь я уже не сомневался, что сразу же наложу кучу, как только Наташа вытащит у меня из попы термометр.

 — Пожалуй, пора вынимать, — заметила Наташа, посмотрев на часы.

Я почувствовал, как термометр быстро выскользнул у меня из попы. Собрав все силы, мне удалось побороть нестерпимый позыв. Впрочем, меня хватило только на пару секунд. Наташа легонько нажала мне на живот и я тут же начал какать на лежавшую под попой марлю.

 — Ничего себе! — засмеялась Алёна, — Посмотри, какую карапуз наложил кучу.

 — Мне почем у-то кажется, что это не всё, — заметила Наташа.

 — Пощекоти мальчишке мошонку, — со смехом предложила Алёна, — Может он еще и струйку пустит.

 — Сейчас попробую, — улыбнулась Наташа, принявшись щекотно трогать мне яички, — Пись-пись-пись.

Отчаянно задрыгав ногами от нестерпимой щекотки, я не выдержал и начал писать.

 — Действительно пустил фонтан! — засмеялась Алёна.

 — Надо направить Сашину струйку на марлю, — сказала Наташа, приподняв мне пальцами письку.

 — Так писает, как будто целый день терпел, — заметила Алёна, — Что, Саша, трудно было сделать всё в горшок, когда тебя об этом просили?

 — А ему так больше нравится, — улыбнулась Наташа, — Любит устраивать показательные выступления.

Девочки дружно засмеялись. Неожиданно у меня сильно схватило и живот и в следующее мгновение я снова начал какать.

 — А я уже собралась вытащить марлю у карапуза из-под попы, — сказала Наташа, — Даже не знаю, что теперь делать. Как ты думаешь, это всё?

 — Давай подождём еще пару минут, — предложила Алёна.

 — Просто ждать неинтересно, — хитро подмигнула сестре Наташа, — Ты забыла, что у нас есть палочка-выручалочка?

Наташа взяла в руки термометр и в следующую секунду он снова оказался у меня в попе.

 — Я думаю будет достаточно несколько раз надавить градусником вниз и быстро вытащить, — продолжила Наташа, — Если у карапуза осталось что-то в попе, он сразу же начнет какать.

Пошевелив термометром у меня в попе, Наташа быстро вытащила его наружу.

 — В самом деле немножко покакал, — сказала Алёна, — Может повторить эту процедуру еще раз?

 — Сомневаюсь, что мы еще чего-нибудь от мальчишки добьемся, — скептически улыбнулась Наташа, — И я, если честно, уже устала возиться с карапузом. Его еще сейчас подмывать. Кстати, как ты предлагаешь это делать? Мне кажется, будет достаточно протереть мокрыми салфетками.

 — Медсестра сказала мыть с мылом после того, как сходил по-большому, — заметила Алёна.

 — Так ребенок у нас просто покакал на марлечку, — возразила Наташа, — Я понимаю, если обкакался. Тогда конечно надо тщательно мыть между ножек с мылом.

 — Как знаешь, — пожала плечами Алёна.

Наташа взяла мокрую салфетку и принялась старательно вытирать мне попу.

 — Вот так, — ласково улыбнулась она, — Начисто вытрем Сашу между между ягодичками. И эту маленькую дырочку тоже.

Я почувствовал, как Наташа бесцеремонно запихивает салфетку мне в попу.

 — Смотри, как испугался, — со смехом оглянулась на сестру Наташа, — Терпи. Надо как следует вытереть тебе попу после того, как покакал.

Повозившись со мной еще минуту, Наташа отложила салфетку в сторону и взяла в руки бутылочку с детским маслом. В следующее мгновение противная жидкость полилась мне между ягодиц.

 — Целилась прямо в дырочку у карапуза в попе? — засмеялась Алёна.

Наташа принялась щекотно мазать мне попу детским маслом.

 — Сначала проведем одним пальцем между ягодичками, — улыбнулась она, — Ровно посередине. А теперь помажем ягодички всей ладонью. Сначала одну пухленькую половинку, а теперь вторую.

 

Снова плеснув мне между ног щедрую порцию детского масла, Наташа полминуты нестерпимо щекотно его повсюду размазывала.

 — Можешь опускать карапузу ножки, — сказала она наконец Алёне.

 — Помажешь спереди? — поинтересовалась та.

 — Зачем? — возразила Наташа, — Я же его там мокрой салфеткой не вытирала.

Наташа принесла купленную для меня в «Детском мире» белую пижаму.

 — Такой интересный комбинезончик с застежкой на спине, — улыбнулась она, принявшись натягивать мне на ноги пижаму.

У девочки заняло чуть ли не две минуты одеть мне необычный комбинезон.

 — Какая прелесть! — сказала Алёна, — Хорошо, что мы эту пижаму Саше купили.

Наташа взяла меня на руки и отнесла в детскую кроватку.

 — Спокойной ночи, Саша! — ласково улыбнулась она, заботливо накрывая меня одеялом.

 — Сладких снов! — добавила Алёна.

Я повернулся на бок, поудобнее устраиваясь в кроватке. Полюбовавшись на меня еще полминуты, девочки осторожно вышли из комнаты, тихонько прикрыв за собой дверь. Я сладко зевнул и закрыл глаза, чувствуя, что засыпаю.

Хорошо, что хоть сны мне снились взрослые. Друзья, институт... Бугатти Вейрон, Памела Андерсон... Только во сне я был свободен от кошмара, в который превратилась моя жизнь. «Впрочем человек не может спать 24 часа в сутки» — с сожалением подумал я, проснувшись. Меня ожидал новый день в качестве живой игрушки.

Я открыл глаза, ожидая увидеть ненавистные решетки детской кроватки. К моему удивлению их не было. Я лежал на специальной больничной кровати. Рядом с ней мелькали огоньками два электронных аппарата. «Блок Д» — догадался я. Весь мой кошмар в самом деле оказался виртуальной реальностью, как мне и было обещано. Но какой реальностью! Нечто подобное должен был чувствовать Нео в «Матрице» — искусственно созданный мир, ничем не отличимый от настоящего. Я поднял с подушки голову, изучая показания мерно пикающего аппарата жизнеобеспечения. Число 60 очевидно означало мой пульс, а 120/75 — давление.

 — А мы оказывается уже проснулись, — услышал я сзади голос Елены Владимировны, — Я как раз шла Вас будить.

Подойдя ко мне вплотную, женщина принялась расстегивать ремни, которыми были привязаны к больничной кровати мои руки и ноги. Вслед за ремнями она сняла с меня несколько датчиков и выключила оба электронных аппарата.

 — Я уверена, у Вас сейчас ко мне столько вопросов, — улыбнулась заведующая, присев на мою кровать.

 — Пока только один, — сказал я, стараясь не выдавать раздражения, — Мне была обещана приятная сказка.

 — Сейчас я Вам все объясню, — с виноватой улыбкой сказала Елена Владимировна, — Но сначала конечно хочу извиниться за психологический дискомфорт во время эксперимента. Этот дискомфорт собственно и является главным предметом нашего исследования.

 — Ну что Вы, — вздохнул я, — Не надо извиняться. Я же сам на все согласился.

Женщина снова сочувственно на меня посмотрела.

 — Как Вы уже наверное догадались, мы занимаемся психологией и в первую очередь изучением различных отклонений, — начала свой рассказ Елена Владимировна, — Признаться подобного успеха у нас уже давно не было. Хорошо мы Вас зацепили этим сюжетом. Записанного материала на три диссертации хватит. По крайней мере на мою докторскую.

 — Значит, изучаете различные извращения? — поморщился я.

 — Ну зачем такие слова, — улыбнулась заведующая, — Никакое это не извращение. Аутопедофилия — это довольно безобидный фетиш, как правило без последствий для семейной и половой жизни...

 — Что? — возмущенно перебил я, — Кем Вы меня только что назвали?

 — Успокойтесь, — примирительно сказала заведующая, — Аутопедофилия к педофилии не имеет ни малейшего отношения. Хотя Ваша реакция лишний раз доказывает, что наше общество принять это отклонение еще не готово. Давайте сделаем так. Будем пользоваться популярным на Западе термином «инфантилизм». Там кстати никто этого не стесняется. Множество специализированных групп — как интернетовских, так и реальных. Впрочем, разговор сейчас не о них, а о Вас.

 — И почему Вы решили записать меня в инфантилисты? — поинтересовался я.

 — Это ваше право: соглашаться с диагнозом или нет, — усмехнулась Елена Владимировна, — А вот как я определила у Вас латентную аутопедофилию, я сейчас расскажу. Помните свой первый визит в нашу лабораторию неделю назад?

 — Конечно помню, — сказал я, — Все ограничилось беседой в вашем кабинете... Ах да, и медосмотр.

Вспомнив через что меня заставили пройти, я густо покраснел.

 — Вы уверены, что всё помните? — хитро спросила меня женщина.

Я насторожился. Начало разговора в кабинете заведующей я помнил хорошо, а потом, после взятия крови из вены у меня был странный провал в памяти.

 — Сейчас мне придется извиниться перед Вами еще раз, — улыбнулась Елена Владимировна, — Анализ крови был просто отвлекающим маневром. На самом деле Вам просто незаметно ввели специальный расслабляющий препарат. И через пару минут, когда препарат начал действовать и Вы вошли в нужное состояние, Вам был сделан второй укол — т. н. сыворотки правды. После этого Вы сами охотно рассказали мне о своих тайных страхах и фантазиях. Мне оставлось только задавать наводящие вопросы. Разумеется, ничего этого Вы не помните, потому что были в состоянии гипнотического сна.

 — Ничего себе у вас методы, — вырвалось у меня.

 — Извините, по другому мы от Вас ничего бы не добились, — объяснила Елена Владимировна, — Кстати, от большинства людей мы и с сывороткой правды ничего не можем добиться. У среднестатистического большинства совершенно заурядные желания и фантазии. Давно изученные и детально описанные в психологической литературе. Поэтому процентов 80 добровольцев мы просто отправляем домой — под предлогом плохих анализов. Найти стоящий материал для исследований знаете как нелегко.

Женщина заботливо поправила мое одеяло и я уловил еле заметный материнский взгляд. По возрасту она действительно могла бы быть моей мамой.

 — Я так обрадовалась, когда нашла Вас, — призналась заведующая, — Во-первых, я уже давно охочусь за инфантилистами. Они пока довольно редкое явление в отечественной практике и разумеется никогда сами к психологу на прием не придут. А во-вторых, Вы продемонстрировали хорошую внушаемость. Просто поразительно, как легко удалось ввести Вас в тему во время второго визита.

Я улыбнулся, вспомнив небылицы об «истории лаборатории».

 — А самое главное, у Вас богатая фантазия, — продолжила Елена Владимировна, — Она в основном и определяет пригодность к нашим экспериментам.

 — Фантазия? — удивился я, — Вы же сами придумали мою кошмарную виртуальную реальность. Всё до последних мелочей.

 — Это Вам только кажется, — засмеялась Елена Владимировна, — Думаете я сидела и строчила в Ворде весь Ваш сценарий? Даже самый мощный суперкомпьютер не способен посекундно просчитать непредсказуемую человеческую жизнь: мысли, поступки, последствия и т. д. Да это в принципе и не нужно. Человеческая фантазия справляется со всем сама, если направить ее в нужную сторону и периодически следить, чтобы не сбивалась с курса.

Елена Владимировна оглянулась на большой аппарат.

 — Этим и занимается наш ПС-250М, — сказала она, — Следит, чтобы фантазия пациента не отклонялась от темы, посылая в мозг нужные импульсы в нужное время. Ну и сама «тема» конечно должна быть достаточно сильной, чтобы вызывать множество противоречивых эмоций, которые собственно и питают фантазию.

 — И как Вы подобрали мне нужную «тему» — с улыбкой спросил я.

 — Вы знаете, долго не могла найти интересную завязку для Вашего виртуального приключения, — призналась Елена Владимировна, — Сначала думала определить Вас в круглосуточные ясли, но под конец нашего сеанса Вы вскользь обмолвились о какой-то писающей кукле. И тут меня осенило. Все, что оставалось сделать, это проверить, стеснительный Вы или нет. Для этого я и отправила Вас на «медосмотр».

Заведующая встала с моей постели.

 — Ну вот пожалуй и всё, — улыбнулась она, — Огромное спасибо за участие в эксперименте. Вот Ваши деньги.

Елена Владимировна протянула мне толстый конверт.

 — Ваша одежда висит вон там, на спинке кровати, — сказала она, — Можете вставать и одеваться. Никто Вас здесь не задерживает.

Женщина вышла из комнаты, оставив меня одного. Я протянул руку к висевшей на спинке кровати рубашке и неожиданно нащупал что-то в нагрудном кармане. Загадочным предметом в кармане оказалась обычная детская соска. У заведующей было все в порядке с чувством юмора.

Link to comment
Share on other sites

  • 2 weeks later...

См. оригинал. Остальные тоже выложу.

Link to comment
Share on other sites

  • 1 month later...

Этот рассказ в своё время стал для меня классикой моих "девиаций".
Спасибо тебе, Карапуз, что ты есть! )))
Твои рассказы всегда были для меня эталоном, на который я, в некоторой степени, всегда равнялась. 

Link to comment
Share on other sites

Спасибо, Алёнушка. Просто краснею.

Рад, что ты появилась после долгого отсутствия. Извините за ОТ, но немного беспокоился, учитывая, где ты живёшь.

 

А что касается рассказов, все собрал тут: 

Жду отзывов на последние.

Link to comment
Share on other sites

Спасибо за ссылку, я видела, внимательно слежу за тобой, т.е. за твоим творчеством. Все эти твои рассказы я читала. ))
С удовольствием прорецензировала бы все твои рассказы, но я ограничена во времени, плюс ко всему у нас  тут немного ....
Короче, сейчас не до этого. 
Ещё раз спасибо тебе за то, что ты есть! ))

  • Upvote 1
Link to comment
Share on other sites

  • 1 month later...

Круто

Link to comment
Share on other sites

  • 11 months later...
В 27.04.2015 в 16:45, kolosok сказал:

Круто

присоединяюсь

Link to comment
Share on other sites

  • 3 months later...

хороший рассказ

Link to comment
Share on other sites

  • V.I.P.

хорошый рассказ когда читал прямо ощущал себя на месте героя

Link to comment
Share on other sites

 Share

×
×
  • Create New...

Important Information

By using this site, you agree to our Terms of Use.